Разместить рекламу на сайте SyasNews со скидкой!

�� � ���. �����:
    vkokfbtwgplustelytrss

Из любви к отечеству своему…

Благотворение - совершение добрых дел от чистого сердца - является древней православной традицией. Скупость и жадность приравнивалась нашими предками к затмению души. Самая доступная и распространённая форма благотворительности, прижившаяся на нашей земле со времён Древней Руси, - милостничество, то есть подаяние милостыни нищим и убогим и подношение даров церкви.

Если читатель вдумается в смысл этого слова, то поймёт, что оно означает не только оказание посильной помощи попавшему в беду человеку в виде денежки, но и проявление сострадания и милосердия - сердечного участия. В «Домострое», памятнике русской литературы XVI века, как завет молодому поколению звучат слова: «Праведен буди...щедр, милостив», и тогда: «...себе от Бога мъзда, а от людей добрая слава».
Добрую память о себе оставили многие ладожане. До сих пор мы говорим: дом Барсукова, дом Алонкина, Третьяковская улица, Кулагин переулок. О многогранной благотворительной деятельности этих купцов читатель имел возможность узнать из публикаций местных краеведов. Напомню только, что Назар Фомич Кулагин в молодости был маклером - существовала такая должность при городском магистрате. Помимо выполнения прямых обязанностей ему было доверено «заведовать мирской кружкой» для сбора пожертвований от горожан. В назначенный день и час Кулагин вскрывал кружку при свидетелях и раздавал деньги неимущим.
Новоладожские купцы (города и уезда) никогда не оставались в стороне, когда их земляки попадали в беду. Вот один примечательный эпизод: в 1893 году в южных хлеборобных губерниях страны случился неурожай. Хлеб вздорожал, естественно, нужда коснулась и жителей нашего уезда. Спас земляков от голода лесопромышленник Лебедев. Осенью он закупил одну тысячу кулей ржи. Из них 500 кулей отдал новоладожанам, 500 - в приволховские волости, частью на посев, остальное - на продовольствие, чтобы люди могли пережить зиму 1893-1894 годов. Закупленные Лебедевым осенью мука и зерно, хранившиеся про запас, в тот голодный год нуждающимся выдавались бесплатно. По воспоминаниям Екатерины Сергеевны Нестеровой, «у кого какая беда, купцы выручали. Когда случалось несчастье, под лёд поставленные сети уносило со льдом, рыбакам помогали купцы: кормили, давали сети и припасы для ловли».
У рыбаков тоже были свои негласные законы, я бы назвала их законами сердца. Об одном из них поведала уроженка старинной рыбацкой деревни Креницы Валентина Викторовна Кузнецова: «С незапамятных времён у ладожских рыбаков бытовала такая традиция: часть своего улова они отдавали немощным старикам. Помогали они и семьям, потерявшим своего кормильца. Причём помощь оказывали негласно, тайно. Об этом никто в деревне не должен знать. Они боялись своим подаянием оскорбить чувства родителей, вдов и детей погибшего в озере или умершего от болезни своего товарища-рыбака».
В период правления Екатерины Великой и в последующее столетье в России стала развиваться сеть государственных благотворительных учреждений: приюты для детей, богадельни, «чтобы от голода и холода люди по миру не шатались», работные дома «для молодых лет ленивцев», просящих милостыню, и т. д. Созданные по частной инициативе или при монастырях, все они строго стали подчиняться государственным органам власти.
Новоладожские купцы не привыкли отсиживаться на обочине добрых начинаний и жили не одним днём. В 1835 году купец Александр Алонкин, бывший в то время городским головой, построил на собственные средства общественную богадельню для престарелых, немощных и солдатских вдов (находилась возле Климентовской церкви). С 1863 года выборным и пожизненным попечителем богадельни - целых 27 лет! - был купец первой гильдии Тимофей Филиппович Луковицкий. Он взял на себя обязательство обращать денежные средства, поступившие от частных лиц и городских доходов, в процентные бумаги на будущее обеспечение богадельни. В городе также были организованы детский приют под патронажем купца М. И. Кострова, в нём призревались до 50 детей (современный адрес: проспект К. Маркса, 6), и Дом трудолюбия (основан в 1896 году), где нищие занимались пошивом обуви, плетением сетей, мерёж, корзин и другой посильной работой.
Во второй половине XIX века значительную роль в развитии благотворительных учреждений, а также образования и здравоохранения сыграли органы местного самоуправления - земства. Теперь и благотворительные общества стали получать поддержку не только от частных лиц, но и от земства. Если городское общество, основанное в 1869 году Н.Ф. Кулагиным, имело сильную поддержку горожан и получало отчисления от такого промысла, как конная тяга, то уездное благотворительное общество остро испытывало нехватку средств, и властям приходилось время от времени оказывать ему помощь. Например, в 1913 году уездное и губернское земства выделили обществу на благотворительные цели 800 рублей, в то время как частные пожертвования составляли 582 рубля, не считая вещевых взносов. По тем временам это была значительная помощь нуждающимся в самом необходимом: в пище, одежде, ночлеге.
Но денег, как всегда, не хватало. И, как всегда, находились подвижники, благодаря которым общественно значимые начинания воплощались в жизнь. В 1900 году решили строить больницу в деревне Шум. И построили, несмотря ни на какие препоны. Строили всем миром: плиту для фундамента предоставила графиня Стенбок, плиту- цоколь - плитопромышленник Колотое, бревенчатый лес - лесопромышленник Кононов, а также крестьяне деревни Шум и других деревень. Сумма пожертвований деньгами от разных лиц составляла 282 рубля 75 копеек. Доктор А.Н. Исполатов, бывший в то время земским начальником, докладывал Земскому Собранию: «Имевшиеся наличные деньги в сумме 282 рубля 75 копеек израсходованы все, недостающая сумма - 172 рубля 40 копеек мною добавлена из своих средств». Внимательно читающий да заметит: сумма, пожертвованная доктором, превышает половину всех собранных денег. Современный читатель даже не поверит: «Как это - ни одной копеечки начальник не присвоил? Быть того не может!» Может. Наверное, мы крепко привыкли к тому, что не копеечки - государственные тысячи и миллионы волшебным образом перемещаются из казны в чей-то личный карман. А на эти, в общей сложности миллиарды можно было содержать и школы, и больницы, и библиотеки, которых в последние годы лишились многие деревни, сёла и даже города. Не эффективно? Зато эффективным, к несчастью, оказалось духовное и физическое нездоровье людей.
Если читатель полюбопытствует и заглянет в «Журналы Новоладожского Земского собрания» за любой год конца XIX или начала XX века, то поразится тому, как активно работали гласные (депутаты) на ниве созидания: строились и ремонтировались школы, училища, больницы даже в самых отдалённых и глухих деревушках. В уезде в начале XX века почти каждый год открывалось две-три школы. Строились телеграфные конторы и почтовые станции. А сколько было обустроено грунтовых подъездов к деревням, проложено и вымощено новых дорог в масштабе немалого - третьего по величине - уезда в Санкт-Петербургской губернии! Земство охотно принимало на себя заботы по устройству библиотек в наиболее населённых, бедных и глухих пунктах. Например, в 1901 году открыли двери читателям сразу четыре библиотеки: в Реброве Хамонтовской волости, Луже Шумской волости.
Мотохове Городищенской волости и в Посадниковых Островах Солецкой волости. На содержание каждой из них земцы выделили 50 рублей, и такую же сумму направил Фонд общественного деятеля Флорентия Фёдоровича Павленкова (русский издатель и просветитель).
Безусловно, одному земству не под силу было нести на своих плечах такую огромную ношу. Князь Оболенский, гласный Санкт-Петербургского Губернского Земства, писал: «Неизменный рост потребностей в сфере земской жизни и увеличивающаяся из года в год трудность их удовлетворения - явление, знакомое каждому земскому деятелю, и неотложность изыскания новых источников земских доходов для каждого из нас - бесспорно».
В земских органах не было равнодушных, многие из них выступали застрельщиками новых дел. Приведу несколько примеров. В 1886 году гласный М.Р. Шарапов принял на себя расход в 100 рублей по ремонту дороги от Колчанова до Ярославского тракта. В 1900 году для училища в деревне Загубье гласный Борошнев изготовил классную мебель на 80 рублей. Известный издатель А.А. Ильин, будучи гласным в начале 1900тх годов, снабжал новоладожские учебные заведения пособиями, учебниками, бумагой, перьями по льготной цене - «с уступкою, зачётом платы за них в земский сбор». Жертвователями охотно становились люди разных сословий: купцы, дворяне, служители церкви, крестьяне. Каждый жаждущий сделать добро вносил свою посильную лепту. Так, в 1913 году крестьянин Фёдор Антипов предоставил свой участок земли для строительства земского училища в деревне Войбокало. «Капитал имени Тайного Советника К.А. Рыбина» в 13 тысяч 300 рублей, согласно воле жертвователя, предназначался на содержание земской больницы. Капитал был помещён в процентные бумаги, которые давали ежегодно около 800 рублей прибыли, и больница по постановлению Уездного Земского Собрания могла полностью ими распоряжаться. Проценты с «капитала имени протоиерея Белицкого в 200 рублей» хоть и невелики, но всё равно являлись подспорьем для лечения больных. Ладожане вкладывали деньги даже на содержание одной койки, одна из них так официально и называлась «койка имени Осташевой».
Если уж мы заговорили о земской больнице, то приведём интересные факты и цифры. В 1900 году в стационаре находились 177 человек. Дневное пребывание одного больного обходилось в 22 рубля копеек. Бесплатным лечением пользовались уроженцы Новой Ладоги, плитоломы, беременные женщины, сифилитики и проститутки. Прочие категории платили 30 копеек, а военные - 87 копеек. Как видим, затратно для казны, но, благодаря усилиям земских деятелей, пожертвованиям жителей го-рода и уезда, подвижничеству врачей, больница успешно работала и считалась одной из лучших в губернии.
И как тут не вспомнить добрым словом одного из таких подвижников - земского доктора Александра Васильевича Протодьяконова. В городе и округе время от времени возникали эпидемии. Для лечения опасных заболеваний была необходима инфекционная больница, на возведение которой в 1907 году пожертвовали собственные денежные средства доктор и его жена Жозефина Францевна. При поддержке купечества строительство «холерного барака» на правом берегу Александровского (Нового) канала закончилось в 1910 году. В советское время в этом здании находилась больница водников. К сожалению, ни время, ни новые хозяева не пощадили здание с богатейшей вековой «медицинской» историей. И так по жизни складывается, что эту печальную фразу мы с вами, дорогой читатель, видимо, будем повторять всё чаще и чаще.
Кроме частной аптеки, в Новой Ладоге работала и земская аптека, где лекарства отпускались по льготной цене. Содержать её также было невыгодно. Но, как мы убедились, на первом плане была не выгода, а стремление земцев обеспечить доступность лекарств бедным слоям населения и способствовать народному здравию. Эта аптека, видимо, находилась в здании бывшего Офицерского Собрания, перестроенного в 1870-е годы под больничный корпус.
Лет пять назад музейные работники вместе с учащимися второй школы Володей Новожиловым и его сестрой Настей, обследуя чердак, нашли около сотни аптечных пузырьков из-под лекарств. Клейма фирм на флакончиках являлись доказательством их дореволюционного производства. Но, самое удивительное, мы обнаружили несколько рецептов, написанных рукой Доктора Протодьяконова! Порадовала и другая находка - кирпич с клеймом «Е.Б.» Почти полтора века назад владелец местного кирпичного заводика Епифан Ботнев поставлял свой добротный кирпич для строительства новоладожской земской больницы. Кстати сказать, Ботнев в те же 1870-е годы совместно с Е.С. Турыгиным и Ф.В. Романовым, имевшим дегтярное производство на островах р. Волхов (о. Ленина), построили дом для иссадского земского училища.
Формы благотворительности в Новоладожском уезде были разнообразными: на бесплатной основе развивалась деятельность Покровской общины сельских сестёр милосердия, Общества попечения о распространении просвещения, Общества борьбы с проказой и других общественных объединений. На благотворительные акции отчислялись деньги от штрафных сумм, от сдачи в аренду помещений, почтовых станций. Столичные отдельные артисты, прибывшие в Новую Ладогу на гастроли, могли пользоваться за плату площадкой летнего театра Попечительства о народной трезвости, находившегося в саду Благотворительного общества. С этой же целью устраивались спектакли, концерты, маскарады, танцевальные вечера, выставки ручного труда, лотереи, кружечные сборы.
Подводя итог вышесказанному, отметим, что во второй половине XIX-начале XX века благотворительность являлась неотъемлемой частью общественного существования новоладожан. Добрые традиции не уходят в небытие. Ладожане и сегодня отзывчивы на чужую боль, оказывая помощь погорель¬цам, малообеспеченным семьям, а совсем недавно - жителям Донбасса.
Но у нас с вами ещё множество проблем, которые следует решать всем миром: это помощь пожилым и больным людям, доступность общественных мест для инвалидов, организация досуга детей и молодёжи, сохранение исторических зданий и памятников города, судьба бездомных животных и многое, многое другое. Благотворительность созидательна во всех формах: будь то меценатство или просто соседская помощь, волонтёрство или отдельные акции добра. Будем внимательны друг к другу, милосердны и деятельны из любви к родному городу - из любви к отечеству своему.

М.М. СУГОНЯЕВА